Терри Пратчетт Вор Времени Плоский мир 26


НазваниеТерри Пратчетт Вор Времени Плоский мир 26
страница1/32
Дата публикации10.03.2013
Размер5.11 Mb.
ТипДокументы
referatdb.ru > Астрономия > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32
Терри Пратчетт

Вор Времени
Плоский мир – 26

Терри Пратчетт
Вор Времени
Как гласит Первая Скрижаль Мгновена Вечно Изумленного , на рассвете Мгновен вышел из пещеры, где он был просвещен, прямо в первый день своей новой жизни. Некоторое время он разглядывал встающее солнце, поскольку никогда не видел его прежде, а затем подтолкнул своего мирно посапывающего ученика Дурвруна носком сандалии.

– Я узрел, – промолвил он. – И осознал.

Тут вдруг он замолчал и пристально посмотрел на дерево рядом с Дурвруном.

– ^ Какая удивительная вещь. Что это? – спросил он.

– Э… э… это дерево, учитель, – сказал Дурврун, еще толком не продравший глаза. – Помнишь? Оно было здесь вчера.

– ^ Этого «вчера» не было.

– Э… э… думаю, было, учитель, – пробормотал Дурврун, с трудом поднимаясь на ноги. – Помнишь? Мы поднялись сюда, я приготовил еду, ты съел скортошку, а я – кожуру, потому что ты с кожурой не ешь и…

– Я помню вчера, – задумчиво произнес Мгновен. – Но сейчас воспоминание о нем живет лишь в моей памяти. Был ли вчерашний день реален? Или реальны только воспоминания? Истинно говорю тебе, я не был рожден вчера.

^ Лицо Дурвруна застыло в мучительной попытке осмысления.

– Глупый мой Дурврун, я познал все, – сказал Мгновен. – В пригоршню не зачерпнуть ни прошлого, ни будущего. Только сегодня, только сейчас. Нет иного времени, кроме настоящего. Нам многое предстоит сделать.

Дурврун пребывал в нерешительности. Учитель странным образом изменился: его глаза блестели, а когда он двигался, вокруг появлялось странное серебристо голубое сияние, словно в воздухе плыли образы Мгновена, отраженные жидкими зеркалами.

– Она поведала мне все – продолжал Мгновен. – Теперь я знаю, что Время было сотворено для людей, а не наоборот. Я научился формировать и создавать его. Я знаю, как заставить миг длиться вечно, потому что он и так вечен. Я могу обучить этому искусству даже тебя, Дурврун. Я слышал, как бьется сердце вселенной, и знаю ответы на многие вопросы. Вот спроси меня. Спроси о чем угодно.

Подмастерье перевел на него мутный взгляд. Сейчас он мог с уверенностью сказать только одно – для раннего утра рассуждений было больше, чем должно быть ранним утром.

– ^ Э… что учитель хочет на завтрак? – спросил он.

Мгновен глядел через снежные равнины и пурпурные горы на золотой утренний свет, творящий мир, и размышлял над некоторыми сторонами человеческой сущности.

– ^ О, – сказал он. – Этот вопрос один из самых сложных.
Чтобы что то могло существовать, оно должно быть наблюдаемо. Чтобы что то могло существовать, оно должно иметь свое место в пространстве и времени. И это объясняет, почему девять десятых вселенной томятся в неизвестности.

Девять десятых вселенной – есть знание о расположении и направлении всего того, что находится в оставшейся одной десятой. У каждого атома имеется своя биография, на каждую звезду заведена папка, а к каждому химическому обмену приставлен персональный ревизор с планшетом. Выходит, что девять десятых вселенной неучтены, потому как слишком заняты всем остальным. Та же история с ушами – как голову не поворачивай – все равно их не видно.[1]

Девять десятых вселенной – это, по сути, документация.

И если вы хотите услышать историю, запомните: ни одна история не ищет прямых путей. Она вьется. Все события начинаются в разных местах и в разное время, но стремятся в тот единственный крошечный отрезок пространства времени, который и является идеальным моментом.

Положм короля уговорили надеть новое платье, сшитое из такого тонкого материала, что стороннему наблюдателю могло показаться, будто бы платья и нет вовсе. И предположим, что какой нибудь малыш звонким чистым голоском озвучил бы этот факт…

И так появилась История о Голом Короле.

Но если бы вы знали немного больше, то скорее появилась бы История о Мальчике, Которого Отец Выдрал и Запер Дома, Дабы Неповадно Было Дерзить Его Величеству.

Или История о Целой Толпе, Которую Окружила Стража и Объяснила, что «Ничего Не Было, Ясно? Или Кто то Хочет Поспорить?»

И еще это могла бы быть история о том, как целое королевство неожиданно обнаружило у «новой одежды» море достоинств и проявило энтузиазм в здоровом виде спорта [2] на свежем воздухе, который с каждым годом приобретает все больше сторонников и ведет к кризису из за краха традиционной швейной промышленности.

Это даже могла быть история о Великой Эпидемии Пневмонии ’09 года.

Все зависит от того, сколько вам известно.

Предположим, много много тысяч лет вы следили за медленным ростом арктической льдины; наблюдали, как снег скапливается на подводной скале и давит на нее, пока, наконец, в море не сходит гигантский айсберг. И вот он, рассекая холодные воды, уже везет на себе счастливых белых медведей и тюленей, жаждущих дивной новой жизни в другом полушарии, где, как говорят, снежные поля кишмя кишат аппетитными пингвинами… вдруг ба бах! И под душераздирающий саундтрек, мы лицезрим очередную вариацию на тему «железо не умеет плавать».

В общем, вы наверняка захотите услышать всю историю.

А начало этой истории было положено за столами.

Первый стол принадлежит профессионалу. Профессионалу из тех, о которых с уверенностью можно сказать: работа – это вся их жизнь. Здесь есть следы… человеческого присутствия, но только те, которым было дозволено остаться в этом холодном мире долга и рутины. Практически единственный мазок цвета на сей черно серой картине – кофейная чашка. Ее создатель, очевидно, задумывал сотворить нечто веселое. На ней довольно неубедительное изображение плюшевого мишки и надпись: «Лучшему дедушке на свете», а легкое изменение наклона букв в слове «дедушка» явственно указывает на то, что чашка была куплена в одной из тех лавок, где все завалено ее товарками, предназначенными для лучших в мире дедушек/пап/мам/бабушек/дядь/теть/заполнить. Такой ерундой станет дорожить лишь тот, у кого так мало настоящих радостей в жизни.

Сейчас в этой чашке был чай с ломтиком лимона.

Помимо нее на унылом столе находился так же нож для бумаги в форме косы и несколько песочных часов.

Костлявой рукой Смерть поднял кружку…

отхлебнул чай, чуть помедлил, разглядывая слова, которые читал уже тысячи раз, и поставил кружку на место.

– ХОРОШО, – сказал он голосом, в котором гудели похоронные колокола. – ПОКАЖИ МНЕ.

Кроме всего прочего на столе стояло некое механическое хитросплетение. Именно «хитросплетение», по другому не назовешь. Главной деталью в нем были два диска, расположенные под углом друг к другу. На том, что был закреплен горизонтально, кружком разложили вырезанные из ковра маленькие квадратики, а вертикальный снабдили множеством крохотных рук. Каждая из них сжимала бутерброд с маслом. Когда этот диск вращался, руки начинали ронять бутерброды на коврики.

– КАЖЕТСЯ, Я НАЧИНАЮ ПОНИМАТЬ, – сказал Смерть.

Маленькая фигурка около машины резво отсалютовала и улыбнулась, конечно, если крысиный череп может улыбаться. Затем она натянула защитные очки поверх глазниц, подобрала полы своей мантии и забралась в машину.

Смерть так и не решил для себя, зачем он позволил Смерти Крыс вести самостоятельное существование. В конце концов, быть Смертью, означает быть Смертью всего, включая, разумеется, грызунов. Но, возможно, все хотят, чтобы крошечная часть их самих могла, метафорически выражаясь, бегать голышом под дождем [3], думать недозволенные думы, прятаться по углам и подсматривать за остальным миром. В общем, делать все те запретные, но приятные вещи.

Смерть Крыс медленно надавил на педали, и диски начали вращаться.

– Впечатляет, да? – произнес хриплый голос над ухом у Смерти. Он принадлежал Вещуну, ворону, который сам примкнул к домашнему хозяйству Смерти в качестве персонального транспорта и друга Смерти Крыс. Правда, согласился на это, как он сам говорил, исключительно ради глазных яблок.

Коврики вращались. Крохотные бутерброды беспорядочно падали вниз, иногда с маслянистым хлюпаньем, иногда без.

Вещун внимательно наблюдал, на случай если среди них окажется бутерброд с яблоками. С глазными яблоками, разумеется.

На механизм, который мазал маслом каждый новый кусок, пошла уйма времени и сил, как, впрочем, и на другой, еще более сложный прибор, подсчитывающий процент замасленных ковриков.

Когда после пары полных оборотов доля этих ковриков перевалила за шестьдесят процентов, диски остановились.

– НУ, ДАВАЙ, – сказал Смерть. – ПОВТОРИ ЕЩЕ РАЗ, ВПОЛНЕ ВОЗМОЖНО, ЧТО…

Смерть Крыс переключил рычаг передачи и вновь нажал на педали.

– ПИСК, – скомандовал он.

Смерть послушно склонился к нему.

На этот раз стрелка дошла только до 40.

Смерть нагнулся чуть ниже.

Было испачкано еще восемь ковриков, которым удалось избежать этой участи ранее.

Внутри механизма зажужжали тонкие шестерни, и на пружинках с этаким визуальным эквивалентом звука «бдзинь» возникла дрожащая надпись. Через мгновение на ней вспыхнули две искры и с шипением угасли по обе стороны от слова «ЗЛОВРЕДНОСТЬ».

Смерть кивнул. Именно этого он и ожидал.

Он пересек свой кабинет, сопровождаемый несущимся в припрыжку Смертью Крыс, и приблизился к большому зеркалу в рост человека. Оно было темным как дно колодца. Раму, в целях поддержания имиджа, украшал узор из черепов и костей: Смерть не смог бы смотреть в глазницы своему отражению, окруженному ангелочками и розами. Скребя коготками, Смерть Крыс забрался на раму и выжидательно уставился на него сверху. Вещун перепорхнул к ним и проворно клюнул свое отражение. Ворон всегда руководствовался принципом было «все в этой жизни надо попробовать».

– ПОКАЖИ МНЕ, – сказал Смерть. – ПОКАЖИ МНЕ… МОИ МЫСЛИ.

В зеркале возникла треугольная шахматная доска, правда такая огромная, что был виден только ближайший ее угол. Над ним парил мир – черепаха, слоны, кружащее вокруг них маленькое солнце и все в таком духе. Это был Плоский мир, существующий только по эту сторону всеобщей вероятности, то есть прямо у вас под боком – за ближайшей границей. А через границы во вселенную частенько проникает нечто, мечтающее не только о лучшей жизни для своих детей и светлом будущем на должности упаковщика фруктов или в индустрии домашнего обслуживания.

Над каждым черным и белым треугольником уходящей в бесконечность шахматной доски, парили маленькие фигуры, похожие на пустые серые мантии.

«Что на этот раз?» – подумал Смерть.

Он узнал их. Они не были формой жизни. Они были… формой не жизни. Они были наблюдателями вселенских процессов, их секретарями, ревизорами. Они следили за тем, чтобы космические тела вращались, а камни падали.

И еще они считали, если что то может существовать, значит, оно должно иметь свое место в пространстве и времени. Человечество оказалось для них неприятной неожиданностью. Человечество и было тем, для чего нет места в пространстве и времени: воображением, жалостью, надеждой, историей и верой. Убери это все и останется обезьяна, которая постоянно падает с деревьев.

Разумная жизнь была аномалией. Из за нее в документах постоянно возникала путаница. А Ревизоры ненавидели подобные вещи и периодически пытались навести порядок.

За год до описанных событий все астрономы Плоского мира отметили странное поведение звезд, свидетельствующее об отклонении мировой черепахи в сторону от своего курса. Но поскольку наблюдатели находились на Диске, они не могли видеть, как древняя голова Великого А’Туина под Диском качнулась в сторону и поймала несущийся к Диску астероид, после падения которого вряд ли бы остался человек способный записать впечатления.

Нет, этот мир может за себя постоять. Особенно если речь идет о таких несерьезных вещах. Поэтому сейчас серые мантии предпочитали действовать более хитро: безграничное желание вселенной, где все абсолютно понятно и предсказуемо, постоянно толкало их на все новые и новые трусливые вылазки. «Правило бутерброда» было простым, но достаточно наглядным. Оно указывало на активизацию деятельности ревизоров. «Сдавайтесь, – требовали они. – Станьте опять пузырьками в океане. С пузырьками гораздо проще сладить.

Да, эта большая игра велась на многих уровнях. И часто трудно было понять, кто с кем играет.

– У КАЖДОЙ ПРИЧИНЫ ЕСТЬ СВОЕ СЛЕДСТВИЕ, – сказал Смерть. – А У КАЖДОГО СЛЕДСТВИЯ ЕСТЬ СВОЯ ПРИЧИНА.

Он кивнул Смерти Крыс.

– ПОКАЖИ МНЕ, – сказал он. – ПОКАЖИ МНЕ…НАЧАЛО.

Стояла морозная зимняя ночь. В дверь черного хода забарабанили с такой силой, что с крыши дома посыпался снег.

Девушка, которая, надев новенькую шляпу, любовалась своим отражением в зеркале, для пущего эффекта отдернула и без того низкий вырез платья – на случай если посетитель был мужчиной – и направилась к двери.

Замерзший свет звезд очертил фигуру незнакомца. Его плащ был засыпан свалившимся снегом.

– Вы миссис Ягг? Повитуха? – спросил он.

– Вообще то мисс, – гордо ответила мисс Ягг. – И еще ведьма, конечно, – она указала на новехонькую остроконечную шляпу.

Пока что юная ведьма находилась на стадии «ношу не снимая».

– Вы должны сейчас же отправиться со мной. Это очень срочно.

Девушку внезапно охватила паника.

– Это миссис Уивер? Мне казалось, она собирается только через несколько не…

– Я прошел долгий путь, – сказала фигура. – Говорят, вы лучшая в мире.

– Что? Я? Я приняла роды только раз! – затравленно проговорила мисс Ягг. – Бидди Спекулянт намного опытнее меня! И старая Мини Акушет! Сама я в первый раз должна была принять у миссис Уивер, потому что у нее сложение как у шка…

– Простите меня. Я не стану больше злоупотреблять вашим временем.

И незнакомец ретировался в испещренную снежинками тень.

– Эй? – позвала мисс Ягг. – Эй?

Но в темноте не было ничего, кроме следов. Которые обрывались на середине занесенной снегом тропинки…
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Похожие рефераты:

Терри Пратчетт Пирамиды Плоский мир 7 Терри пратчетт пирамиды книга I
Звезды усеяли беспросветную тьму – словно Создатель, разбив ветровое стекло своего автомобиля, не позаботился остановиться и убрать...
Терри Пратчетт Ноги из глины Плоский мир 19 Терри пратчетт ноги из глины
Однажды, теплой весенней ночью, в дверь постучали – причем с такой силой, что даже петли погнулись
Терри Пратчетт Вещие сестрички Плоский мир 5 Терри пратчетт вещие сестрички
В разгар этого буйного действа, подобно искорке в зрачке обезумевшего хорька, за слезящейся листвой дрока полыхнуло зарево, уронившее...
Терри Пратчетт Делай Деньги Плоский мир 36 Терри Пратчетт Делай Деньги От
Автор будет вечно благодарен известному военному историку и стратегу Сэру Бэзилу Лидделлу Харту за то, что он поделился с автором...
Терри Пратчетт Опочтарение Плоский мир 33 Терри Пратчетт Опочтарение Пролог: 9000 лет назад
А про воздух точно известно, что он разрежен на большой высоте, а чем ниже вы спускаетесь, тем плотнее он становится. Таким образом,...
Терри Пратчетт Творцы заклинаний Плоский мир 3 Терри прэтчетт творцы заклинаний
Огромная благодарность Нилу Гэйману, одолжившему нам последний сохранившийся экземпляр “Liber Paginarum Fulvarum”, и большой привет...
Терри Пратчетт Последний континент Плоский мир 22
Поэтому Австралия тут совсем ни при чем. Скорее в этой книге рассказывается о совершенно ином месте, которое лишь в отдельных случаях...
Терри Пратчетт Зимних Дел Мастер Плоский мир 35 Тиффани Болит 3
Пришла буря и обрушилась на холмы, как молот. Ни одно небо не удержало бы столько снега и потому он все валил и валил, сплошной белой...
Терри Пратчетт Патриот Плоский мир 21
Джексон ловил любопытных кальмаров, прозванных так за любопытство, которое было присуще им ровно в той же мере, что и кальмарность....
Терри Пратчетт Правда Плоский мир 25
Способ, которым Анк Морпорк борется с наводнениями, поразительно похож на методы, применявшиеся в городе Сиэтле, штат Вашингтон,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
referatdb.ru
referatdb.ru
Рефераты ДатаБаза