А. И. Корсак великая отечественная война советского народа в контексте второй мировой войны


НазваниеА. И. Корсак великая отечественная война советского народа в контексте второй мировой войны
страница5/45
Дата публикации31.05.2013
Размер6.31 Mb.
ТипМетодические указания
referatdb.ru > Военное дело > Методические указания
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   45

^ Взаимоотношения СССР с государствами Прибалтики

В течение межвоенного двадцатилетия Эстония, Латвия и Литва были объектами борьбы западноевропейских государств за влияние в регионе. Англо-французское присутствие в Прибалтике, характерное для 1920 – 1930-ых гг., всё более ограничивалось ростом влияния Германии. В силу стратегической важности региона советское руководство также стремилось усилить там своё влияние, используя как дипломатические средства, так и активную социальную пропаганду. К концу 1930-ых гг. основными соперниками в борьбе за влияние в Прибалтике оказались Германия и СССР. Будучи буферной зоной между Германией и СССР, прибалтийские государства оказались связанными с ними системой экономических интересов, о чём было недвусмысленно заявлено в нотах от 28 марта 1939 г. Эту же позицию советские представители отстаивали на переговорах с Великобританией и Францией весной – летом 1939 г. В ходе обсуждения вопросов о гарантиях прибалтийским странам и «косвенной агрессии» советское государство убедилось, что Великобритания и Франция не пойдут на удовлетворение советских требований в отношении Прибалтики. Не желая связывать себе руки, в условиях отказа Франции и Великобритании от подобной уступки советское руководство вступило в переговоры с Германией, достижение договорённостей с которой позволяло добиться усиления советского влияния в Прибалтике89.

Вскоре после заключения советско-германских соглашений, в сентябре 1939 г., правительство СССР предложило правительствам Эстонии, Латвии и Литвы заключить договора о взаимной помощи.

Исходя из своих далеко идущих планов в отношении Прибалтики и опираясь на соответствующие донесения советских послов, И. Сталин предпринял дипломатическое давление на все Прибалтийские государства, с тем, чтобы они согласились заключить с СССР договора о взаимной помощи. Переговорам с ними И. Сталин и В. Молотов придавали важное значение и возводили в особую степень секретности. Поэтому в подготовке, обсуждении и подписании этих документов даже советские посольства в соответствующих странах практически участия не принимали. В служебных документах послов К. Никитина (Эстония), И. Зотова (Латвия) и Н. Позднякова (Литва) за сентябрь – октябрь 1939 г. ни одним словом не упоминается о ведущих переговорах по вопросам о взаимной помощи90.

Тем не менее, советское руководство было настроено в отношении прибалтийских государств решительно, вплоть до применения военной силы.

Так, 13 – 21 сентября 1939 г. шли советско-эстонские переговоры, а советское руководство тщательно готовилась к решению политических проблем. 24 сентября для подписания договора о торговле эстонский министр иностранных дел К. Сельтер выехал в Москву, где в 2100 начались переговоры с В. Молотовым. От обсуждения экономических проблем В. Молотов перешёл к проблемам взаимной безопасности и предложил «заключить военный союз или договор о взаимной помощи, который вместе с тем обеспечивал бы Советскому Союзу права иметь на территории Эстонии опорные пункты или базы для флота или авиации»91.

Вернувшись 25 сентября в Таллинн, К. Сельтер информировал о советских предложениях германского посланника и попытался получить поддержку Финляндии и Латвии, которые решили не вмешиваться, а Германия посоветовала удовлетворить советские требования.

Тем временем на границе Эстонии и Латвии создавалась советская военная группировка. Эстонская армия также провела ряд мероприятий на случай войны, завершив к 27 сентября 1939 г. все предмобилизационные приготовления.

Оказавшись перед дилеммой «договор или война», эстонское руководство сделало выбор в пользу соглашения, и 27 сентября эстонская делегация вновь вылетела в Москву. 28 сентября 1939 г. договор о взаимопомощи сроком на 10 лет, предусматривавший ввод 25-тысячного контингента советских войск, был согласован и подписан. После обмена ратификационными грамотами 4 октября 1939 г. он вступил в силу. Одновременно было подписано Соглашение о торговом обороте между СССР и Эстонией на период с 1 октября 1939 г. до 31 декабря 1940 г.92

Латвийское руководство заинтересованное в расширении экономических отношений с СССР, внимательно изучало эстонский опыт и, учитывая рост советского влияния в Восточной Европе, было согласно договориться на условиях, аналогичных эстонским. Выработка условий договора проходила при настойчивом давлении советской стороны и медленных уступках латвийской делегации. В итоге переговоров 5 октября 1939 г. был подписан договор о взаимопомощи сроком на 10 лет, предусматривавший ввод в Латвию 25 тысяч контингента советских войск93. Договор вступил в силу 14 октября после обмена ратификационными грамотами. 18 октября было подписано советско-латвийское торговое соглашение на период с 1 ноября 1939г. по 31 декабря 1940 г.

Как только СССР и Германия договорились о передаче Литвы в сферу влияния советских интересов, В. Молотов 29 сентября вызвал её посланника в Москве Л. Наткевичуса и заявил ему, что следовало бы начать прямые переговоры о внешнеполитической ориентации Литвы. Убедившись в невмешательстве Германии, литовское правительство решило принять советское предложение, и 10 октября был пописан «Договор о передаче Литовской республике города Вильно и Виленской области и о взаимопомощи между Советским Союзом и Литвой» сроком на 15 лет, предусматривавший ввод 20 тысячного контингента советских войск94. 15 октября было подписано советско-литовское торговое соглашение на период с 1 ноября 1939г. по 31 декабря 1940 г.

Заключение договоров с СССР и ввод частей Красной Армии в Прибалтику породили у некоторых слоёв местного населения радикальные «советизаторские» настроения, которые в определённой степени нашли отклик у советских дипломатов в Таллинне, Риге и Каунасе. Выступая 31 октября 1939 г. на сессии Верховного Совета СССР В. Молотов заявил, что особый характер пактов о взаимопомощи «отнюдь не означает какого-либо вмешательства Советского Союза в дела Эстонии, Латвии и Литвы… Напротив, все эти пакты взаимопомощи твёрдо оговаривают неприкосновенность суверенитета подписавших его государств и принцип невмешательства в дела другого государства»95.

Таким образом, договорённости с Германией о разделе сфер интересов и война в Европе стали теми необходимыми условиями, при которых советское руководство могло достаточно свободно действовать в отношении Прибалтики.

Действия СССР в отношении Прибалтики, в отличие от мер по присоединению других территорий Восточной Европы, считавшихся советской «сферой интересов», дают пример сложной, многоходовой комбинации. Признание Германией Эстонии, Латвии и Литвы зоной советских интересов и война в Европе позволили СССР навязать этим странам договоры о взаимопомощи, что дало Москве легальный рычаг влияния в регионе, признанный Великобританией и Францией как меньшее зло по сравнению с германской оккупацией.

Правящие круги Прибалтики смирились с этими договорами только под влиянием немцев, надеясь на «большую войну», в результате которой Советский Союз будет разгромлен и кто-нибудь – Германия, Англия или другая великая держава – помогут им восстановить утраченные позиции.

Летом 1940 г. началась вторая стадия предусмотренного в секретном протоколе к пакту Молотова-Риббентропа от 23 августа 1939 г. «территориально-политического переустройства» в Прибалтийских республиках. Внутриполитический кризис в этом регионе резко обострился. Его истоки следует искать не только в политике тогдашних режимов в этих странах. Бывали моменты, когда в общественно-политических изменениях Прибалтийских стран решающую роль играл именно советский фактор.

Согласно мнению М. Крысина, решающим шагом в подготовке к будущей войне на стороне Германии против Советского Союза должна была стать так называемая «Прибалтийская конференция». Предполагалось провести серию совещаний между представителями Эстонии, Латвии и Литвы и заключить новое соглашение в духе «Балтийской Антанты», которая открылась 15 июня 1940 г. в Таллинне под видом «Балтийской недели»96.

Советские архивные материалы, как утверждает М. Семиряга, не дают основания для обвинения «Балтийской Антанты» в деятельности, имевшей целью совершить агрессию против СССР. Это же не подтверждается и высказываниями хорошо информированных в этом вопросе германских дипломатов97.

Таким образом, оценки советской стороны основывались лишь на предположениях дипломатических работников СССР в Прибалтике. Вместе с тем нельзя не отметить, что советское руководство и не нуждалось в каких-либо точных данных, поскольку создались благоприятные условия для устранения самостоятельности прибалтийских правительств.

Тем не менее, в представлении министру иностранных дел Литвы Ю. Урбшису, а через день и правительствам Латвии и Эстонии В. Молотов квалифицировал их действия как нарушение договоров о взаимной помощи и враждебные в отношении СССР. Однако в этом документе были сформулированные конкретные требования, носившие форму откровенного ультиматума: «1. Немедленно арестовать и предать суду министра внутренних дел Литвы К. Скучаса и начальника политической полиции А. Повелайтиса, «как прямых виновников провокационных действий против советского гарнизона в Литве. 2. Немедленно сформировать такое правительство, «которое было бы способно и готово обеспечить честное проведение в жизнь советско-литовского договора о взаимопомощи». 3. Обеспечить свободный пропуск на территорию Литвы дополнительных советских воинских частей для размещения их в важнейших центрах». Разъяснив, что предполагается дополнительно ввести 3 – 4 корпуса (9 – 12 дивизий) во все важные пункты Литвы, В. Молотов обещал, что войска не будут ни во что вмешиваться, но новое правительство должно быть просоветским. Чтобы успокоить литовцев, им было заявлено, что это временные меры, хотя это «будет зависеть от будущего литовского правительства». Молотов предупредил, что если требования не будут приняты, войска все равно будут введены немедленно. Срок для ответа на ультиматум – 1000 15 июня98.

Ультимативные требования Латвии и Эстонии были предъявлены 16 июня 1940 г.

Утром 17 июня 1940 г. границы всех трех республик пересекли крупные силы советских войск в составе 10 стрелковых дивизий и 7 танковых бригад. В Таллинн прибыли также боевые корабли Балтийского флота, а в Двинск (Даугавпилс) – отряд легких боевых судов99.

14 – 15 июля 1940 г. в республиках Прибалтики одновременно прошли выборы в высшие законодательные органы власти (в Государственную Думу Эстонии и в сеймы Латвии и Литвы) на основе всеобщего тайного голосования. Списки для назначения новых министров были заготовлены заранее. А 21 июля того же года вновь избранные депутаты во всех трёх странах провозгласили себя Советскими Социалистическими Республиками и попросили включения в состав СССР100. В августе 1940 г. решением VII сессии Верховного Совета СССР Литва (Закон Верховного Совета от 3 августа 1940 г.)101, Латвия (Закон Верховного Совета от 5 августа 1940 г.)102 и Эстония (Закон Верховного Совета от 6 августа 1940 г.)103 были приняты в состав Советского Союза.

Перед самой войной началось выселение части коренного населения Прибалтики в малообжитые районы СССР. Это коснулось в первую очередь бывших помещиков, крупных предпринимателей и прочих «классово чуждых элементов» с семьями. Всего в июне – июле 1941 г. из Прибалтики было выслано 26 тысяч человек.

Таким образом, дипломатический конфликт, созданный СССР, и угроза военного вторжения поставили прибалтийские правительства перед выбором – борьба или оккупация. Учитывая бесперспективность военного сопротивления и незаинтересованность великих держав Европы в делах Прибалтики, было решено капитулировать, и советское руководство, нарушив все свои договоры с Эстонией, Латвией и Литвой, ввело войска и начало целенаправленную советизацию региона.


    1. ^ Советско-финская война.

Участие белорусов в финской компании

По своей предыстории, особенностям боевых действий, международному резонансу и итогам это была необычная война. В памяти её участников она осталась войной тяжёлой, «незнаменитой», многие события которой были труднообъяснимы, что вызывает до сих пор неослабевающий интерес к её истории104.

Феномен этой войны, прежде всего и в том, что обе стороны стремились избежать столкновения.

Дистанцируясь от СССР и обеспечивая национальную безопасность, финляндские правящие круги в 1917 – 1939 гг. несколько раз меняли свою внешнеполитическую ориентацию. После провозглашения независимости Финляндия ориентировалась на Германию. Страна Суоми стремилась наладить отношения со своими соседями – Польшей, Литвой, Латвией, Эстонией. С начала 1920-ых гг. и почти до середины 1930-ых гг. Финляндия ориентировалась на поддержку Лиги Наций, в которой доминировали Англия и Франция. С середины 1930-ых гг. до начала второй мировой войны Финляндия стремилась обеспечить свою безопасность в рамках нейтралитета Скандинавских стран. Ориентируясь на Англию, Францию и Германию, Финляндия отвергла идею коллективной безопасности, которую предлагал СССР. Нормализация отношений с Москвой ограничились подписанием советско-финляндского пакта о ненападении, который в 1934 г. был продлён на 10 лет.

С советской стороны, как отмечают авторы коллективной монографии «Зимняя война 1939 – 1940 гг.», предпринимались попытки нормализации отношений с Финляндией105. В Москве не считали финскую армию серьёзным противником, но не скрывали опасений, что в случае войны против Советского Союза территория Финляндии может быть использована западными державами как военный плацдарм для наступления на Ленинград. Беспокойство советского правительства за безопасность северо-западных границ усугублялось военными контактами Хельсинки с Берлином, симпатии к политике которого открыто выражала некоторая часть правящей элиты Финляндии. В 1938 – 1939 гг., когда идея коллективной безопасности потерпела крушение, советское правительство предприняло попытку добиться включения Финляндии в сферу своего влияния посредством заключения с ней пакта о взаимопомощи.

Последовал заключительный тур переговоров, которые с перерывом велись с 12 октября до 9 ноября 1939 г., – советскую делегацию возглавлял И. Сталин, финскую – посол, будущий президент Финляндии Ю. Паасикиви – с целью отодвинуть границу на Карельском перешейке на несколько километров на север до линии Липола (Котово) – Койвисто (Приморск). Кроме того, Советский Союз просил передать в аренду небольшую финскую территорию на полуострове Ханко у входа в Финский залив для развёртывания там военно-морской базы, которая бы прикрывала не только морские подступы к Ленинграду, но и южное побережье Финляндии, пять островов в Финском заливе, а также передать СССР западную часть полуострова Рыбачий. В обмен на эту территорию, составляющую 2 761 км2., предлагалась вдвое большая территория (5 529 км2.) в Карелии, в районах Реболы и Поросозера. В ходе переговоров выяснилось, что центральным стал вопрос о создании военной базы на полуострове Ханко. От его решения зависел успех всех переговоров. Советская сторона пыталась придать гибкость своей позиции: изменила срок аренды с 30 лет до момента окончания войны в Европе, предлагала сократить численность военного персонала с пяти до четырёх тысяч человек, обменять или продать эту территорию. Финская сторона допускала возможность незначительно сместить свою границу на Карельском перешейке к северу от р. Сестра, но ни при каких условиях не желала уступать полуостров Ханко, ни каких-либо других островов106.

Переговоры зашли в тупик и были прерваны. В итоге обоюдного стремления к достижению своих целей политический компромисс достигнут не был. Тем временем стороны уже наращивали военные силы в приграничной зоне.

Окончательный план военной кампании против Финляндии был составлен штабом ленинградского военного округа в обстановке, сложившейся после заключения пакта Молотова – Риббентропа, точнее – 23 августа 1939 г., когда оказались на гране срыва проходившие в это время московские переговоры с Финляндией. Этот оперативный план был принципиально другим по сравнению с более ранними разработками. Предполагалось ведение боевых операций исключительно только с Финляндией; наступление должно было осуществляться на всём протяжении советско-финляндской границы и планировалось завершить за 15 дней полным разгромом финской армии107. К. Ворошилов, нарком обороны, заверял, что советские танки «Сталин» через шесть дней будут в Хельсинки108.

По большому счёту Красная Армия не была подготовлена к войне. Имея превосходство в силах, она не была обучена действиям зимой в условиях болотисто-лесистой местности. Красноармейцы были из рук вон плохо одеты и обуты. Снабжение армии продовольствием оставляло желать лучшего. В ближнем огневом бою финны, имевшие на вооружении автоматы «Суоми», получали преимущество. Финская армия «стояла на лыжах», и в этом также было её превосходство. У нас слабо работала войсковая разведка. Сведения о системе обороны противника и её главного рубежа – «линии Маннергейма» – были устаревшими и неполными. Но ещё более серьёзный просчёт заключался в недооценке противника. Сталин, Ворошилов и большинство высшего командования были уверенны, что для разгрома финской армии потребуется две-три недели.

Возрастала напряжённость и на самой границе. 26 ноября 1939 г. в 16 часов по московскому времени последовал «инцидент в Майниле» – обстрел, как сообщило московское радио, советского населённого пункта финской артиллерией. Историки до сих пор спорят, что же на самом деле произошло. Сегодня, когда и российские и финские архивы открыты, со всей очевидностью выясняется, что выстрелов не было вовсе. Согласно архивным данным, тщательно проработанным В. Барышниковым, «Генштаб Красной Армии запрашивал оперативного дежурного Ленинградского военного округа: «Что за провокационная стрельба была со стороны финнов?». И далее пишет: «В результате выяснения оказалось, что даже в штабе 19-го стрелкового корпуса, части которого дислоцировались в районе Майнила, о случившемся узнали в этот день лишь в 2100 из сообщения московского радио»109.

Но подтверждение этому можно найти и в ещё не опубликованных документах в финских архивах. Так, был обнаружен рапорт финских пограничников, переданный ещё до сообщения по московскому радио. Он был получен из местечка Сомерикко, находившегося всего в нескольких сотнях метров от места, откуда якобы велась стрельба. 26 ноября в 2350 из Сомерикко сообщили, что в тот же день в 1150 русские производили учебную стрельбу из миномёта, однако ничего о семи выстрелах в 1600 не говорилось. Данная информация была передана в центр. Одновременно из Хельсинки поступила телефонограмма о том, что московское радио передало ложную информацию. И только после этого от пограничников была передана новая информация, которая подтверждала московское радио110.

Таким образом, ложные свидетельства финских пограничников о выстрелах, никогда не сделанных ни с чьей стороны, стали поводом для начала советско-финляндской войны 1939 – 1940 гг.

30 ноября нарком иностранных дел В. Молотов выступил с заявлением, в котором говорилось, что вступление войск Красной Армии на территорию Финляндии – вынужденный ответ на враждебную политику этой страны и он направлен на обеспечение безопасности Ленинграда.

1 декабря 1939 г. в занятом советскими войсками посёлке Терийоки (ныне г. Зеленогорск) было провозглашено создание так называемого народного правительства нового финляндского государства – Финляндской демократической республики во главе с одним из руководителей Коминтерна О. Куусиненом. Единственным государством, признавшим правительство О. Куусинена, был СССР. Затея с провозглашением Финляндской демократической республики лишь усилила решимость большей части народа отстоять независимость своей страны111.

Условно войну с Финляндией можно разделить на два периода – с 30 ноября 1939 г. до 10 февраля 1940 г. и с 11 февраля до 12 марта 1940 г.

К началу конфликта для ведения боевых действий были развернуты войска Ленинградского военного округа в составе четырёх армий – 14-й, 9-й, 8-й и 7-й (командующий – командарм 2-го ранга К. Мерецков, член Военного совета – А. Жданов, начальник штаба округа – командарм 2-го ранга И. Смородинов)112.

Советское командование начало наступление сразу по четырём направлениям, используя сравнительно небольшие силы своих громадных резервов. Начиная с 4 – 5 декабря обстановка на отдельных участках фронта, особенно на Карельском перешейке, где развернулось главное сражение, стала изменяться не в пользу советских войск. Финнами верно были определены уязвимые места обороны и соответственно расположили свои небольшие силы у главных укреплений «линии Маннергейма».

В Москве, хотя и с опозданием, разобрались в обстановке и приняли решение приостановить наступление, чтобы возобновить его более крупными силами. 7 января 1940 г. для штурма «линии Маннергейма» был создан Северо-Западный фронт (командующий – командарм 1-го ранга С. Тимошенко). Штурм было решено предпринять на выборгском направлении и не допускать спешки при его подготовке113. 15 января 1940 г. советская артиллерия начала массированный, продолжавшийся шестнадцать дней, обстрел «линии Маннергейма». В наступление по узкому фронту были брошены тысяча танков и 140 000 человек. Но даже теперь финны непоколебимо выстояли целых две недели. Только 17 февраля русским удалось совершить прорыв – финская не располагала больше пополнениями для измотанных войск. 22 февраля Маннергейм был вынужден отвести войска на новые позиции114.

Но финская армия, несмотря на поставки западного вооружения и техники, не смогла воспрепятствовать мощному наступлению Красной Армии. 4 марта главнокомандующий вооружёнными силами Финляндии маршал К. Маннергейм высказал в правительстве мнение, что дальнейшее продолжение войны становится бессмысленным.

Подготовка к мирным переговорам, которая проходила при посредничестве Швеции, завершилась 5 марта. Местом для переговоров была выбрана Москва, куда прибыла финская делегация из пяти человек во главе с премьером Р. Рюти и министром иностранных дел Ю. Паасикиви.

12 марта 1940 г. был подписан мирный договор и протокол, согласно которым в состав СССР включались весь Карельский перешеек с Виипури, Выборгский залив с островами, западное и северное побережье Ладожского озера с городами Кексгольм, Сортавала, Суоярви, ряд островов в Финском заливе, территория восточнее Мяркяярви с городом Куолаярви, часть полуостровов Рыбачьего и Среднего. Финляндия согласилась сдать Советскому Союзу в аренду сроком на 30 лет полуостров Ханко и морскую территорию вокруг него, а также примыкающих островов.

В свою очередь СССР возвращал Финляндии область Пестамо, которую он получил согласно мирному договору 1920 г. Советский Союз и его граждане сохраняли за собой право свободного транзита через область Пестамо в Норвегию и обратно; провозимые грузы освобождались от таможенного досмотра и контроля115.

13 марта прекратились военные действия, которые были кровопролитными до последнего часа.

Таким образом, советско-финляндская война закончилась. Та стратегическая цель, которую преследовало советское государство – обезопасить свои границы – была достигнута.

Что касается потерь, то анализ архивного материала показывает, что каждый день «зимней войны» обходился обеим сторонам в среднем 1 609 человек убитыми, 562 человека раненными и обмороженными и 168 человек пропавшими без вести116.

По подсчётам белорусского исследователя А. Литвина, в советско-финской войне приняло участие более 100 тысяч белорусов и уроженцев Беларуси, а также воинов Белорусского особого военного округа, почти 10 000 из них погибли117. Необходимо заметить, что вклад наших соотечественников в советско-финляндскую войну был весьма значителен. Практически на всех участках фронта, во всех звеньях управления присутствовали белорусы и жители БССР.

Что касается геополитических итогов этой войны для СССР, то они малоутешительны. На Западе в ходе военных действий 1939 – 1940 гг. развернулась широкая антисоветская пропагандистская кампания. Лига Наций объявила Советский Союз агрессором и исключила его из числа стран-членов.


    1. ^ Вопрос о возвращении Бессарабии и передаче Северной Буковины Советскому Союзу

В результате первой мировой войны и распада Австро-Венгрии в Юго-Восточной Европе произошла глобальная этнотерриториальная трансформация. СССР рассматривал Карпато-Дунайский и Балканский регионы в качестве сферы своих национальных интересов, причём на уровне не только официальной, но и параллельной – Коминтерновской, внешней политики, которая неизменно делала ставку на использование национальных противоречий.

Сразу же по завершении аннексии Прибалтики советское руководство запросило мнение Берлина относительно своего намерения предъявить Румынии требование передать СССР Бессарабию и Буковину. Бессарабия входила в состав Российской империи с 1812 г. Она была занята румынскими войсками на завершающем этапе первой мировой войны в 1918 г., хотя Румыния была союзницей России. Большевистское правительство по условиям Ясского мира в марте 1918 г., за несколько дней до подписания Брестского мира, добилось от Румынии обязательства вывести войска из Бессарабии. Но после заключения Брестского мира Румыния отказалась выполнять условия Ясского мира, который, в самом деле, терял практически смысл, т.к. подписав в марте 1918 г. Брест-Литовский мир, Советская Россия согласилась считать своей юго-западной границей границу с Украиной, независимость которой под властью Центральной Рады Москве пришлось признать. Украина, таким образом, отделила территорию РСФСР от Бессарабии. Но Москва никогда не признавала аннексии Бессарабии Румынией. В 1920 г. Великобритания, Франция, Италия и Япония, с одной стороны, и Румыния с другой подписали Парижский протокол, в котором аннексия Бессарабии Румынией признавалась. Но Япония не ратифицировала Парижский протокол, а поэтому в силу он не вступил. Эти обстоятельства были использованы дипломатией И. Сталина в 1940 г. для аргументации требования о возвращении Бессарабии.

Буковина, однако, не была ни российской, ни советской территорией. Она оставалась до 1918 г. частью Австро-Венгерской монархии и в 1919 г. по Сен-Жерменскому договору была передана Румынии. Ее население было смешанным, преобладали украинцы, румыны, немцы и евреи. Добиваясь передачи Буковины, СССР ссылался на тот факт, что в сентябре 1918 г. в Черновцах на территории Северной Буковины, где большинство жителей действительно были украинцами, было собрано «народное вече», которое заявило о желании присоединиться к Украине – независимость которой, как уже было сказано, в тот момент не оспаривалась Советской Россией в соответствии с Брест-Литовским договором.

Германское руководство было серьезно озабочено советскими требованиями. За месяцы, прошедшие после подписания секретного протокола, в котором Берлин признал Бессарабию сферой интересов Москвы, в среде германского руководства произошла переоценка важности экономических связей рейха с Румынией. Румынские нефтяные поставки приобрели решающее значение для обеспечения потребностей германской армии. Германия была встревожена возможностью нарушения этих поставок в случае советско-румынского конфликта. По той же причине для Берлина в принципе было неприемлемо развитие румынской ситуации по прибалтийскому сценарию – установление в Румынии преобладающего советского влияния с сопутствующей ему высокой вероятностью коммунистического путча и всеми вытекающими последствиями118.

Особенное раздражение А. Гитлера вызвало требование о Буковине, т.к. она не была упомянута в секретных советско-германских договоренностях. И. Сталин требовал ее «сверх» обещанного, явно выходя тем самым за рамки предварительных договоренностей с Германией. Это не укрепляло доверие к нему со стороны нацистских руководителей и усиливало напряженность в советско-германских отношениях.

Из беседы, состоявшейся между Ф. Шуленбургом и В. Молотовым 25 июня 1940 г., следует, что немецкая сторона «в полной мере признает права Советского Союза на Бессарабию и своевременность постановки этого вопроса перед Румынией». Что касается заинтересованности Германии в экономических делах в Румынии, то она понятна Советскому правительству и будет сделано все, чтобы по возможности не затронуть интересы Германии. В случае, если Германия ближе заинтересуется румынскими нефтяными районами, то, вероятно, можно будет договориться и по этому вопросу. Германию волновал вопрос о немецкоязычном населении, проживающем на данной территории. Вопрос о переселении немцев из Бессарабии и Буковины Советское правительство решит в духе предложения Германии119.

26 июня 1940 г. советское правительство предъявило Румынии свои требования в форме ультиматума120. На следующий день они были поддержаны Германией. Румынское правительство уступило и к 30 июня Северная Буковина и Бессарабия были заняты советскими войсками. К этому времени на левобережье Днестра (современная Приднестровская Республика) в составе Советской Украины уже существовала небольшое автономное образование – Молдавская АССР, – в которой преобладало смешанное молдавское, украинское и русское население. На базе ее слияния с Бессарабией в августе 1940 г. была создана Молдавская ССР. Северная Буковина была включена в состав Украины. При этом границы единой Молдавской ССР были проведены таким образом, что к Украинской ССР отошли южные прибрежные районы исторической Бессарабии. Новая республика не получила выхода к морю121.

Таким образом, аннексия Прибалтики и Северной Буковины, а так же возвращение Бессарабии завершили цепь территориальных приобретений Сталина на первом этапе мировой войны. Объективно они вывели СССР на положение единственной европейской державы, сопоставимой с Германией по совокупности своих военно-политических возможностей.
Вопросы для самоконтроля:

  1. Причины, предпослыки и характер второй мировой войны.

  2. Дайте оценку плану «Вайс» и началу военных действий на территории Польши. Раскройте понятие «Странная война».

  3. Каким образом происходил процесс воссоединения Западной Беларуси и Западной Украины с СССР?

  4. Какой характер носили договора, подписанные между Советским Союзом и странами Прибалтики?

  5. Почему Советско-финскую называют «незнаменитой» войной?

  6. Проблема возвращения Бессарабии и Северной Буковины СССР.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   45

Похожие рефераты:

Тематика практических занятий по специализированному модулю «Великая...
«Великая Отечественная война советского народа (в контексте Второй мировой войны)»
Великая отечественная война советского народа
Великая Отечественная война советского народа (в контексте Второй мировой войны) [Текст] : учеб пособие / [А. А. Коваленя и др.];...
Учебное пособие «Великая Отечественная война советского народа» (в...
Знания, умения и навыки учащихся должны приобретаться в процессе собственной деятельности. Учителю остается только организовать и...
Банк данных Великая Отечественная война советского народа
Великая Отечественная война советского народа (в контексте Второй мировой войны) [Текст] : учеб пособие / [А. А. Коваленя и др.];...
Вопросы к зачету по курсу «великая отечественная война советского...
Актуальность и необходимость изучения Второй мировой и Великой Отечественной войн. Периодизация Второй мировой войны
-
«великая отечественная война советского народа (в контексте второй мировой войны)»
Национальная библиотека беларуси
Великая Отечественная война советского народа : (в контексте Второй мировой войны) : справочник
Класс
Политика геноцида, грабежа и насилия. Разработка урока по курсу Великая Отечественная война советского народа ( в контексте Второй...
Расписание факультативных занятий на II полугодие 2011/2012 учебного года ( V xi классы)
«Великая Отечественная война советского народа (в контексте Второй мировой войны)»
Факультет гуманитарный специальность «культурология» заочная форма...
Великая Отечественная война советского народа (в контексте Второй мировой войны) зачёт

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
referatdb.ru
referatdb.ru
Рефераты ДатаБаза