Contemporary politics. Interests, Identities, and Institutions in a Changing Global Order. Ed by J. Kopstein, Mark Lichbach. Cambridge University Press, 2000


НазваниеContemporary politics. Interests, Identities, and Institutions in a Changing Global Order. Ed by J. Kopstein, Mark Lichbach. Cambridge University Press, 2000
страница1/5
Дата публикации23.03.2013
Размер0.58 Mb.
ТипДокументы
referatdb.ru > Экономика > Документы
  1   2   3   4   5
Япония

Contemporary politics. Interests, Identities, and Institutions in a Changing Global Order. Ed. by J. Kopstein, Mark Lichbach. Cambridge University Press, 2000, pp. 230-265 (перевод С Моисеева)
ВВЕДЕНИЕ

Япония привлекла значительное внимание как наиболее успешная из прежде "отсталых" наций в приобретении индустриальной мощи. С 1955 до 1973, реальный (с учетом инфляции) темп роста Японии составлял в среднем 9,8 процентов. Даже в десятилетии, следующем после нефтяного шока 1973 года, рост остался 3,7 процентов, самый высокий в индустриализованном мире. Великое множество исследований было посвящено раскрытию "секретов" Японского успеха. Они делали основной акцент, прежде всего, на индустриальной политике и роли мощной государственной бюрократии при ее создании.

В 1990-ых, однако, политическая нестабильность и экономический кризис - с ростом, составляющим в среднем всего 1.5 процент ежегодно – побудили снова подумать над "Японским чудом". Исследования метались от одного экстримума к другому поскольку образ вчерашнего экономического супергосударства уступил место обсуждениям бюрократической неуклюжести и политической коррупции. Сегодня, аналитики рискуют недооценить силы страны на настоящий момент, также, как мы переоценили их в прошлом.

В этой главе, мы отстранимся от лозунгов, чтобы бросить длинный, исторический взгляд на современную Японию. Определенно, глава уделяет внимание на три темы, которые имеют место в ее истории: бюрократическое господство создания политики даже в контексте увеличивающейся демократии, распространяющееся государственное вмешательство в экономику и общество, и политические основы Японского всестороннего развития.

Третья тема возможно наименее очевидна и наиболее фундаментальна. Короче говоря, мой смысл состоит в том, что экономическая деятельность Японии привлекла на столько много внимания, что породила огромное количество политических исследований и затенило политические базы недавнего развития. Это узкое, акцентированное главным образом на экономике предубеждение в литературе остается явным даже в конце 1990-ых. Эта глава пытается помочь исправить это предубеждение, сместив фокус с экономической деятельности Японии к действительно политической экономике. Действительно, сама идея современной Японии была сформирована в условиях сложной международной политики - чтобы противостоять угрозе Западного империализма в середине 19-ого столетия и сохранить национальную независимость. Сегодня, когда Япония - развитая, мощная нация, легко забыть, что всестороннее развитие никогда не означало просто становление богатым.

Второй, возможно менее героический, тип политики также формировал современную Японию - политика конкурсных, состязательных, демократических выборов. После своего поражения в Тихоокеанской Войне (1941-45 гг.), Япония стала парламентской демократией со всеобщим избирательным правом и мощными социалистическими и коммунистическими партиями. Государственное управление консерваторами - они стали Либерально-Демократической Партией (ЛДП) в 1955 году - больше не могло считаться само собой разумеющимся. Во-первых, если бы Левые пришли к власти, про-деловая экономическая политика, и бюрократы, стоящие за ее спиной, были бы среди ее первоочередных мишеней. Во-вторых, в то время как консервативная гегемония начала самоутверждаться, вопрос о том, останется ли ЛДП гегемонией, всегда стоял под сомнением. Даже при том, что угроза Левых отступала, страшнейшими врагами консерваторов стали они сами. Это наиболее заметно в усиленных сражений внутри ЛДП за места в избирательных округах Японии. Длительное превосходство ЛДП, таким образом, представляет собой условный результат, а не константу окружающей обстановки послевоенной Японии. И в то время как консервативное превосходство обеспечило политическую стабильность, необходимую для долгосрочного экономического планирования и индустриальной политики, оно зависело от дистрибутивной политики - взятки политическим сторонникам - которые угрожают препятствовать экономическому чуду. Акцент на дистрибутивной политике, наиболее выраженный в награждении представителей политической власти Японии, только усилился в свете настоящего ухудшения в экономической деятельности и политической нестабильности.

Данная глава организована в хронологическом порядке: сначала, мы кратко рассматриваем Японию эпохи Току-Гава (1603-1868) и исследуем более подробно Восстановление Мейджи (1868), трактованные большинством историков как начала "современной Японии". Затем мы проследим политическое и экономическое развитие Японии на момент перехода к милитаризму в 1930-ых и Тихоокеанской Войне. После этого, мы обратим наше внимание к послевоенному времени: Американская оккупация Японии (1945-52), важность индустриальной политики и бюрократии, и политические основы быстрого роста. Наконец, мы рассматриваем драматические изменения 1990-ых и пытаемся помещать их в исторический контекст.

^ РОЖДЕНИЕ СОВРЕМЕННОЙ ЯПОНИИ

Возможно, сегодня это трудно представить, но немного больше, чем столетие назад, Япония была изолированным, феодальным, в большинстве своем сельскохозяйственное общество. Страна была изолирована от контакта с внешним миром правительственным постановлением (только Голландцы. Корейцы, и Китайцы имели ограниченные торговые привилегии), заключенная в жесткие социальные страты, и управляемая, как в Европейском феодализме, местными кланами (ханами) которые были автономны, не смотря на то, что платили дань и хранили преданность центральному правительству, известному как бакуфу. Изначально Бакуфу было военным правительством, управляемым сегун. Под сегуном находилось приблизительно 280 даймио, или феодальных лордов, которые управляли своими собственными территориями со значительной автономией; самураи (приблизительно 5-6 процентов населения), воинский класс, который выполнял военные и гражданские обязанности; массы крестьян (80 процентов населения), представляли собой рабочую силу, поддерживающую даймио и самурев, и им запрещалось покидать землю; и на нижнем уровне иерархии, отражая презрение Токугава к коммерции и торговле, были ремесленники и торговцы (от 10 до 12 процентов населения). Ниже этой иерархии существовал другой класс: около пол миллиона “изгоев” - японские "неприкасаемые" - которые были связаны со скотобойней, дублением, и другими занятиями, рассматриваемыми как "грязный труд" в Конфуцианских понятиях и которые не имели законного статуса. Токугава Бакуфу пришел к власти в результате почти трех столетий постоянных войн между конкурирующими кланами. Это привело к миру с 1603 до 1868.

Со стороны казалось, что крах бакуфу в 1860-ых произошел быстро и с небольшим предупреждением. Иностранные власти добились доступа к Японии, и вскоре бакуфу был свергнут. Как выразился один из очевидцев 19-ого столетия, "Токугава сегунат уступил место непреодолимому импульсу более высокой цивилизации".

Хотя на самом деле, внутренние давления направленные на реформы имели место уже довольно длительное время. Торговцы, хотя и находились на дне социальной лестницы, накапливали богатство, тем самым фактически получая власть над даймио и самураями. Кланы на юге и западе Японии - особенно Сатсума, Чошу, и Тоса - процветали во время мира Токугава, опережая остальную часть Японии экономически и строя огромные армии клана. Эти отдаленные области были недовольны централизованным правлением и подозревали о несостоятельности бакуфу перед лицом увеличивающейся Западной угрозы. По всей Японии, сельское хозяйство, основа феодальной экономики, росло медленно, но устойчиво по уровню производства: экономика в целом, диверсифицируясь как мелкосерийная индустрия - в текстиль, в пищевые продукты, в местные изделия кустарного промысла – расширялась как в сельских, так и в городских областях. К началу 19-ого столетия, приблизительно 40 - 50 процентов населения были грамотны, и читали не только Конфуцианские трактаты и хайку, но также и перевели книги с Запада - о политике и философии, также как науке и инжиниринге.

Западная угроза, все также, существовала в течение десятилетий. Соединенные Штаты, Великобритания и Россия осуществляли давление на Японию, чтобы та открыла коммерческую торговлю с начала 19-ого столетия. В1853 году произошел раздел водных территорий, с прибытием Американского военного флота под командованием Коммодора Маттхью Перри. Проигнорировав протест Японских сил, Перри приплыл в Залив Едо (Токио), угрожая ружьем потребовал аудиенции, и призвал к открытию торговли между США и Японией. Перри вернулся со своими печально известными «Черными кораблями» на следующий год и добился Американского доступа к двум портам. В 1858 году, Американский дипломат Таунсенд Харрис заключил торговое соглашение между Японией и Соединенными Штатами, тем самым позволив дальнейшее расширение торговых отношений. Европейские власти, быстро последовали за США, также заключив собственные соглашения такого рода. Ранее в том году, как было хорошо известно Японским властям, Англия и Франция выиграли вторую опиумную войну в Китае и готовили свои собственные военно-морские экспедиции в Японию, несомненно, ускоряя соглашения.

Западная угроза, оказалось, была не только военной, но также и экономической. Иностранный капитал быстро глубоко пускал корни в портовых городах Японии после заключения торговых соглашений. Коммерческие соглашения склоняли Японию к экстерриториальности до 1899. Тарифная автономия не была полностью достигнута до 1910. Япония таким образом была неспособна использовать защиту границы для своих зарождающихся отраслей промышленности. Чтобы защитить их, она была вынуждена использовать другие средства, которые описаны ниже.

Короче говоря, произошло множество изменений, имеющих место внутри сферы целостного режима. В этом смысле, Япония позднего Токугава могла бы быть сравнена с последними годами Советского Союза, крах которого в 1991 так удивил сторонних наблюдателей, также как и Советских специалистов. Там, реформы Горбачева и политические изменения в Восточной Европе, возможно, явились катализатором, но основные причины краха зарождались задолго до этого события. (см. главу Стивена Хансона по России).

Таким образом Западная угроза, объединенная с внутренними преобразованиями, явилась причиной краха Токугава. Бакуфу, что и говорить, отреагировало в 1860-ых рядом последних реформ - включая более умеренное лидерство, альянс с имперским судом, новый Западный стиль политического кабинета, и военные реформы - но они оказались слишком незначительными, и слишком запоздалыми.

Диссидентские самураи, особенно в Чошу, начали нападения на Западные корабли, вызывая жестокие контратаки и усваивая жесткий урок о превосходстве Западного вооружения. В 1864 году, самураи Чошу (и растущее число простых людей, которым теперь было позволено носить оружие) выступили против имперского суда в Киото. В 1866 году Союз между бакуфу и судом разрушился, и Сатсума, второй по величине клан, объединился с Чошу. В том же году, бакуфу напал на повстанцев Чошу, не смотря на то, что большое количество даймио отказалось поддержать нападение. Лучше обученные и лучше вооруженные Чошу и Сатсума разбили силы бакуфу.

В скором времени наступил крах бакуфу. Лидерство Сатсума и Чошу организовывало военный переворот в течение 1867-68 годов. Поскольку бакуфу начало собственную программу военной модернизации, мятежники решили действовать стремительно. Они присоединились к знати, выступающей против бакуфу в суде, чтобы требовать мирной передачи власти молодому Императору Меиджи, который только что вступал на трон. Лидеры бакуфу согласились с этим требованием в конце 1867, опасаясь, что гражданская война повлечет за собой Западное вмешательство и надеясь на получение для себя места в новом правительстве. Однако в течение переговоров, представители бакуфу выявили разногласия между группами мятежников и решило совершить новое нападение. Тем не менее, силы бакуфу были легко подавлены. В апреле 1868 года, они сдали Едо (Токио) без борьбы и передали власть мятежникам.

В начале, восстановление Меиджи составляла немного больше чем переворот дворца, с небольшим количеством жертв и участием только нескольких тысяч отрядов. Цели мятежников, однако, были революционными - не в смысле внедрения некоторой новой политической идеологии, подобно демократии или социализму, а скорее, в осуществлении глубоких реформ с целью сохранения национальной автономии Японии. Известной фразой, которая лучше всего охватила цели Меиджи, была фукоку кьёхей, или "богатая нация, сильная защита" Лозунг не славил свободу, равенство, или пролетариат. Вместо этого, он славил саму нацию.

Руководители мятежников, были в значительной степени выходцами из класса младших самураев, части наследственного класса воинов. Другими словами, восстание произошло под руководством разочаровавшейся части старой элиты - особенность, которая является довольно схожей с социальной революцией 20-го столетия. Хотя, конечно, были различия во мнениях, они растворялись на фоне того, что у мятежников было общим: неудовлетворенность правлением бакуфу, анти-Западное настроение, и необходимость проведения реформ. В основном, эти люди прибыли из областей Сатсума: Чошу, Тоса, и Мито, которые лежат за пределами политического ведомства бакуфу. Эти внешние области приобрели самое большое развитие торговли и основных отраслей промышленности под системой клановой монополии. Кроме того, это были области с наиболее глубоким внедрением Западного капитала.

Именно эти младшие самураи стали лидерами нового режима. К 1869 году, очень малое количество даймио оставались на правительственных постах, а все ключевые позиции были заняты бывшими самураями. Но так как новыми лидерами стали бывшие самураи, класс самураев, был в скором времени ликвидирован. Прежние воины были уволены на пенсию, заменены профессиональной армией призывников, а затем их пенсии, были устранены, поскольку государство сконцентрировало свои ресурсы на индустриальном развитии и защите. К середине 1870-ых, самураи были лишены своих прошлых привилегий. Лишение их прав вызвало множество кровавых местных восстаний, но они представляли несущественную угрозу новому режиму.

Хотя торговцы, возможно, имели наибольшую выгоду от окончания Токугава, они фактически не играли активной роли в восстании. Это не было буржуазной революцией. Торговые интересы слишком сильно переплетались с аристократией даймио - через торговлю и растущую задолженность даймио - чтобы непосредственно осуществлять нападение. Кроме того, в последних десятилетиях эпохи Токугава, множество торговцев путем взяток или женитьбы проникали в семьи самураев, поскольку их финансовое влияние росло. Но хотя торговцы не желали проводить прямое нападение, многие из них увеличили финансовую поддержку движения против бакуфу. За исключением этой помощи, в восстановлении Мейджи было немного активного участия и это было, опять же, всего лишь дворцовым переворотом, учиненным сегментом разочаровавшейся элиты.

Почему же движение называлось "восстановлением" ? Проще говоря, намерение состояло в том, чтобы подчеркнуть связи с прошлым, как путь узаконивания современных изменений - другими словами, путем "восстановления" правящего императора, который был заменен сёгуном несколько столетий назад. Но фактически, император остался чем-то вроде подставного лица, в то время как имперские советники, обладали реальной властью. Император Меиджи был в возрасте всего шестнадцати лет в 1868, что еще больше ограничивало его полномочия.

Хотя реформы поначалу шли медленно, новому режиму, вскоре было вверено достижение двух далеко идущих целей: сначала, проведения реформ с введением ряда западных норм, которые были предназначены не столько для того, чтобы сделать Японию похожей на Запад, чем отразить Запад. Эти реформы близко связанны со второй, и первичной, целью: сохранение национальной целостности и независимости. Две цели Мейджи были хорошо охвачены в лозунге того времени: вакон йосай, что в переводе означает "Японский дух, Западные методы". Растущее присутствие Запада в Восточной Азии, как военное, так и экономическое, наделило эти меры увеличивающейся неотложностью. Более конкретно, новое руководство преследовало три набора реформ:

  1. Строительство государства: создание централизованного этнического государства, включая современную военную и профессиональную государственную службу.

  2. Быстрое развитие: преследование экономической самостоятельности, включая инвестиции в тяжелую военную промышленность.

  3. Социальное преобразование: формирование, через образование и национальную идеологию, из тех, кто жили на отдельных Японских островах, единых Японских людей, каждый из которых поддерживает и отождествляет себя с новым Японским этническим государством (вместо, например, семейства или отдельной деревни).

Представители элиты Мейджи надеялись на то, что смогут достичь этих результатов, избегнув "врагов" индустриализации, от которых страдал Запад, включая материализм, индивидуализм, восстания неимущих, и призывы к демократии. Хотя, такого рода угрозы государству Меиджи так и не были полностью устранены, они были весьма успешно направлены в нужное русло и сдержаны. Восстания крестьян, достигли пика в 1873, но к 1877-78 годам уже были немногочисленны и несущественны. Сопротивление Самураев стало более существенным (и более кровавым) вызовом, но было подавлено к 1877 году. Политические вызовы режиму, более или менее успешно сдерживались (по крайней мере до 1930-ых).

Смещение даймио, значительно более мощной группы, требовало более осторожных мер. Эти феодальные лорды не были подавлены через конфискацию их имущества, как в постреволюционной Франции. Вместо этого, им предоставлялись щедрые пенсии и разрешение жить в Токио, новой столице. Обе меры были предназначены, чтобы снизить вероятность сопротивления. Пенсии дамио были перенаправлены в государственные ценные бумаги в 1876 году, позволяя наиболее видным из них очень быстро войти в маленькую финансовую олигархию.

Среди других достижений Мейджи:

- Новый режим отменил старые районы клана (Хан), чтобы уничтожать территориальные базы даймио. Полномочия даймио, перешли вверх, в Токио. Все земли клана были переданы Императору к 1870. Местные лидеры (с 1884) назначались центральной бюрократией.

- профессиональная государственная служба была создана, на основе того, что поступление зависело от сдачи серьезных экзаменов, а не от наследственности или личных связей. Государственная служба была открыта для каждого, за исключением самых высоких постов. Чтобы обучить новый класс бюрократической элиты, был основан первый имперский Университет Японии в Токио в 1888 году.

  • новые власти внедрили университетское первичное образование. Поначалу, всего шестнадцать месяцев, за четыре года были обязательны, но со временем это было расширено во времени, достигнув шести лет в 1907 году. Целью было не столько создание свободных, независимо-мыслящих личностей, сколько создание исключительных, уникальных Японских людей и распространять такие "древние достоинства" Японии, как повиновение, сыновнее благочестие, преданность императору, и дисциплина - короче говоря, создание идеологии приверженности новому Японскому этническому государству.

  • Власти создали национальную армию призывников в место прежних клановых армий, управляемых наследственными самураями. Закон воинской повинности был введен в 1873 году, и привилегии самураев были постепенно устранены.

- Государство передало фермерам право собственности на землю, которую они возделывали, но в то же время ввело земельный налог, который лег тяжким бременем на сельское население. Налог, ставка которого составляла 3 процента от оценочной стоимости земли, был создан, чтобы ужать крестьянство, с целью субсидирования промышленности.

Возможно самое большое достижение Мейджи состояло во внедрении управляемого государством капитализма и индустриальной политики. При Мейджи, Япония вступила в безудержное течение экономической гонки за промышленным Западом. В основном спасение страны зависело от быстрого приобретения иностранной технологии и индустриального развития. Для властей Мейджи, фундаментальная цель экономической деятельности состояла в том, чтобы сохранить национальную автономию и целостность - чтобы избежать судьбы Китая, который был раздроблен Западными властями на глазах Японии. Китай, одно время, служил моделью для эмуляции для Японии, к середине 19-ого столетия, стал предупреждением о том, что может произойти если оставаться слабым и разделенным (см. главу Ю-Шана Ву по Китаю).

Государственные власти само по себе обладало желанием и способностью, чтобы развить тяжелую промышленность. Частный капитал, такой каким он был, предпочитал оставаться в торговле, банковском деле и кредитных отношениях, особенно в безопасной и прибыльной области правительственных ссуд. Мелкий капитал оставался в основном в сельской местности, привлеченный высокими арендными платами с сельхозугодий (составляющий в среднем почти 60 процентов урожая арендатора), а также в ростовщичестве и местной торговле.

И хотя новые власти активно привлекали иностранные технологии и советников, они ограничили роль иностранного капитала только двумя ссудами. Вместо этого, государство само взяло на себя финансирование тяжелой промышленности, предоставляя более трети всего капитала в руки частной промышленности в первые три десятилетия Мейджи. Оно оставалось единственным и крупнейшим индустриальным инвестором до Первой мировой войны.

Львиная доля этого капитала была от налоговых доходов, особенно от земельного налога. Власти раннего Мейджи испытывали сильному недостаток средств, унаследовав огромные долги от бакуфу, а также с приобретением новых обязательств (включая пенсии даймио и самураев). Земельный налог составлял около 80 процентов от налоговых доходов Мейджи в конце 1870-ых и почти 70 процентов в конце 1880-ых. Оказалось, что чистая доля выпуска продукции земледелия фактически уменьшилась при Мейджи, несмотря на устойчивый прирост в сельскохозяйственной производительности. Один старый Японец сказал: "Крестьяне - подобно семенам сезама; чем больше жмешь, тем больше выходит". Эта фраза сказана во времена Токугава, но болше подходит для Мейджи.

Государство основало экспериментальные фабрики, для производства хлопка, цемента, плитки, сахара, стекла, химикатов, и т.д. С 1880-ых годов, однако, наиболее нестратегические отрасли промышленности были проданы частным лицам по ценам значительно ниже рыночных. Эта дешевая распродажа позволила крупным банковским учреждениям тех дней очень быстро войти в современную, капиталоемкую промышленность. Эти учреждения вскоре стали известны как заибатсу (финансовые клики), которые преобладали в Японской экономике до конца Второй Мировой Войны. Однако, государственная политика в отношении субсидий и дотаций осталась, если не усилилась, даже после отмены государственной собственности. Зарождающиеся отрасли промышленности Японии нуждались в этих дотациях, чтобы выжить, поскольку "неравные соглашения" страны с Западом запретили использование защитных тарифов.
  1   2   3   4   5

Похожие рефераты:

Contemporary politics. Interests, Identities, and Institutions in...
Китайский. Кроме того, Китайские политические лидеры сами часто подчеркивают, что представляют движения, которые несут в себе уникальные...
Новые поступления в библиотеку языкознание
Электронный ресурс] : a self-study reference and practice book for advanced students of English / M. Hewings. 2-nd ed. Cambridge...
Lebedzeu, Siarhei
«Contemporary Issues of Literary Criticism. Medieval Literary Processes: Europe, Asia, Georgia. (Symposium is dedicated to 300th...
Доступ действителен по 05 июля 2013 г
В кызылординском Государственном университете имени Коркыт Ата открыт бесплатный тестовый доступ к базам данных издательства Oxford...
Changing belief systems with nlp
Д 46 Изменение убеждений с помощью нлп /Перев с англ В. П. Чурсина. — М.: Независимая фирма «Класс», 2000. — 192 с. — (Библиотека...
Changing belief systems with nlp
Д 46 Изменение убеждений с помощью нлп /Перев с англ В. П. Чурсина. — М.: Независимая фирма «Класс», 2000. — 192 с. — (Библиотека...
Changing belief systems with nlp
Д 46 Изменение убеждений с помощью нлп /Перев с англ В. П. Чурсина. — М.: Независимая фирма «Класс», 2000. — 192 с. — (Библиотека...
1 Ashley, A. Oxford Handbook of Commercial Correspondence/A. Ashley....
Базина, М. П. Английский язык как учебный предмет и средство общения: учебное пособие / М. П. Базина. – М.: ЧеРо, 1999. – 112 с
Банк данных по медицинской биологии и общей генетике
Текст] : textbook for students of higher educational establishments / O. Y. L. Bekish; translation from Russian by A. A. Bobr; [Vitebsk...
Состоялась презентация новой версии сайта коммуникативной площадки g-global
Ассоциации «Евразийский экономический клуб ученых» состоялась пресс-конференция «Мир в формате «g-global», приуроченная к презентации...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
referatdb.ru
referatdb.ru
Рефераты ДатаБаза